23.04.2018 Официальное открытие ролевой. В честь этого в течение месяца, до 23 мая 2018 г. все персонажи проходят по упрощённому (акционному) шаблону анкеты.
22.04.2018 Мы рады сообщить о создании форума! На дозаполнение форума, скорее всего, уйдет несколько дней. Однако вы можете уточнить, свободна ли роль в гостевой, мы с радостью ответим на любые вопросы.

гостевая книга сюжет правила занятые персонажи хочу к вам нужные персонажи
Добро пожаловать на форум по вселенной Джоан Роулинг!

Сентябрь 1978 года. На магическую Британию неспешно опускается осень. Серая, долгая, беспросветная, с промозглыми, сырыми днями. На страницах газет - всё новые сводки пропавших и некрологи, а маги всей страны с замиранием сердца пробегаются глазами по именам, боясь найти среди них знакомых, друзей, родных. Настало время, когда никто не может чувствовать себя в безопасности; кровавый марш Пожирателей смерти не оставляет позади себя неугодных: статусом крови ли, убеждениями или просто смелыми высказываниями.

Bellatrix
ICQ:629488270
Rodolphus
ICQ: 666187700
Skype: yellowmooncat93
Lily
Skype: red_arrow921

Marauders: Point of Living

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders: Point of Living » Флешбеки » Merry Christmas


Merry Christmas

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://sh.uploads.ru/CVfp1.gif
Дата: 23 декабря 1966г.;
Место действия:  Хогвартс;
Участники: Rodolphus & Bella;
Краткое описание: Зачастую обитатели этого змеиного гнезда ради своих амбиция готовы пойти по головам. Хотя, если дело касается разгрома гостиной Гриффиндора змейки зачастую могут объединиться. Особенно, если попавшаяся ученица не сдаст того, кто ей помог и подал отличную идею как претворить задуманное в жизнь.

+2

2

Инициатива, как известно, редко бывает благосклонна к инициатору, и подчас прилетает бладжером обратно в лицо.
Даже когда он, вроде как, и ни при чём. Так, подкинул идею для реализации этой самой инициативы по пути наименьшего сопротивления. Ну и кто, скажите, мог знать, что такое дело, заслуживащее руки и (что важнее) изворотливости мастера, Лестрейндж сам лично вверит недотёпе, не сумевшей даже избежать наказания?
Надо было догадаться ещё той ночью, когда он встретил в коридоре после отбоя Беллатрису Блэк, которая пыталась в лоб уломать школьного полтергейста Пивза устроить счастливое Рождество дому Гриффиндора в ворохе разбросанных в гостиной вещей, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет. Потому что те, кто проворачивают такие штуки, знают, какой подход должен быть к этой головной боли завхоза и большей части учеников.
Ну и что мне с тобой делать, Блэк? Снимать баллы со своего факультета потому, что почуявшие себя старшекурсницами девочки шастают по замку после отбоя?
На самом деле, зная любовь к нарушению школьных правил, назовём этим словом, подопечных со Слизерина, если бы каждый из них карался очками, обладатели серебристо-зелёной символики претендовали бы на то, чтобы уехать в минус, если это вообше возможно. Поэтому Рудольфус старался смотреть на подобные встречи сквозь пальцы, где было возможно — чтобы не подставляться самому, разумеется, обычно решая ситуацию тихим и слегка раздражённым "Иди отсюда" и, убедившись, что направление пинком задано правильно, спешил сам уйти подальше в противоположном.
Можно сказать, здесь всё сыграло в пользу черноволосой девчушки из древнейшего и благороднейшего семейства, в которой, судя по всему, как во всяком уважающем себе тихом омуте водились ещё те черти. Блэк раньше не попадалась. Ни в чем.
Как старший сын Лестрейнджей, Рудольфус прекрасно знал, что к детям из таких семей предъявляются очень высокие требования — в том числе и дисциплинарные. И так же знал, что хорошо играть роль образцового наследника намного проще, чем на самом деле им являться. Так что слизеринец даже не удивился, застав дочь самих Блэков за столь неблагородным занятием как планирование мелкой шалости с призрачным подельником в шапочке с бубенчиками. Кажется, это солидарность.
А ты знаешь, Блэк, что можно сделать это проще и без уговоров, если, конечно, ты не боишься приведений в кровавых пятнах, чьё любимое занятие — выть в Астрономической башне и наводить ужас на первокурсников?
То-то же. А теперь проваливай отсюда, увижу ещё раз — накажу. Зубрилы и спортсмены, на чью долю приходится наибольший вклад в зарабатывании очков, передадут тебе большой привет.
Так вот, возвращаясь к мысли о бумерангах, инициаторах и инициативах. Блэк всё-таки умудрилась провалиться и каким-то образом её причастность к погрому в Гриффиндорской башне стала известна. Недовольный факультет гудел, обсуждая умника, который, судя по количеству пропавших у Слизерина очков, нарушил половину школьных правил, и, если бы не каникулы, на которые большая часть замка должна была поехать уже буквально завтра, едва ли это так просто забылось.
Впрочем, Беллатрисе повезло, и истинный автор инсталляции "Пьяный дракон в гостиной Гриффиндора" остался неизвестным широкой публике. А Лестрейнджу пришлось отложить сборы домой, где он уже мысленно был, потому что приговор в исполение предстояло привести именно ему.
Вроде как и сам виноват. А вроде как — ну Блэ-э-эк, забери тебя гриндилоу. А, да. В восемь в дуэльном клубе: как раз там кончатся занятия. Палочку, кстати, можешь не брать: не пригодится. И скажи спасибо, что не Зал Трофеев.
Школьные коридоры в это время были как всегда непривычно пусты, а на сегодняшнюю, последнюю в этом году, встречу дуэлянтов, пришло очень мало людей. Не свались ему на голову Беллатриса, Лестрейндж тоже предпочёл бы расслабленно ждать отъезда в компании однокурсников, не видя в таком занятии какой-то практической пользы. Что ожидаемо, сегодня явились только несколько человек с Рейвенкло, поэтому большую часть времени Рудольфус лениво наблюдал за дуэлянтами, сославшись на самочувствие и заняв одно из кресел. Так же лениво тянулись минуты, лениво рассекали воздух палочки и даже заклинания летели как-то тоже лениво.
Наконец профессор объявил, что пора расходиться, и дуэлянты потянулись к своим вещам, на ходу приводя в порядок растрёпанные волосы, и минутой позже Лестрейндж остался в аудитории один в окружении лёгкого хаоса, традиционно оставляемого членами клуба.

+2

3

Пожалуй, девизом факультета Гриффиндор должно было быть "слабоумие и отвага". Как иначе объяснить желание одного из учащихся именно этого факультета погавкать на Блэк? Оскорбляли не слова, оскорблял сам факт того, что какой-то грязнокровка, который со скрипом сдает экзамены в конце года, посмел что-то вякнуть в сторону представительницы чистокровного семейства. Неуважения Белла не терпела. В особенности от тех, кто по статусу стоял ниже нее (а магглорожденные на этой лестнице, по скромному мнению девушки, были ниже уровня придверного коврика десятком этажей ниже). Разумеется, без внимания это Беллатриса оставить не могла и не оставила: почему бы в ответ не подговорить школьное воплощение хаоса разнести гостиную столь неосмотрительно факультета? Особенно, когда так кстати староста подает идею - надавить на приведение через Кровавого Барона.
Конечно же, Пивз неминуемо разболтал кто был инициатором этой затеи - кто бы сомневался. Но даже стоя в кабинете декана и выслушивая, что профессор никак не ожидал от примерной ученицы такой выходки, она ни разу не сожалела. Нет, выглядела она настолько раскаивающейся, что у Слагхорн не осталось сомнений, что больше Блэк подговаривать полтергействов на шалости не будет.
На деле же все закончилось не так плохо, как могло бы. Списанные баллы она легко восстановит после каникул на занятиях ЗОТИ, а грозное "и мистер Лестрейндж проследит за тем, чтобы вы усвоили урок, мисс Блэк" и вовсе не пугало. Зато визг гриффиндорцев был слышен даже в подземелье, а тот факт, что почти весь факультет на следующее утро явились в таком виде, будто по их спальне пронесся ураган (что, в общем-то, не очень далеко от правды), не укрылся ни от учителей, ни от других студентов, что повеселило еще больше. Это был прекрасный день. Не выспавшиеся, рассеянные гриффиндорцы, ноющие как тяжело им пришлось с Пивзом, и разыскивающие свои вещи, которые этот летающий ужас в шапке с бубенчиками раскидал едва ли не по всей башне.
Нет, она не жалела ни о чем. Пожалуй, у нее и вовсе не было совести, ведь на недовольное "встретимся в восемь в дуэльном клубе, Блэк" она отреагировала лишь довольным смешком - зрелище того определенно стоило.
И вот, после занятий, как того и потребовал староста, Беллатриса направилась к указанному кабинету. Лишь для того, чтобы обнаружить уже строящего недовольную гримасу Лестрейнджа.
С Рудольфусом она не особо общалась, да и, пожалуй, вообще мало с кем в школе. Все общение с однокурсниками обычно заканчивалось на обсуждении домашней работы, с теми кто старше - в лучшем случае спросить совета. По-настоящему она общалась разве что с сестрами и уже через них с младшими слизеринцами. Конечно, были и те, с кем Белла садилась в главном зале на завтраки-обеды-ужины, но друзьями их не считала. Знакомыми, полезными связями - сколько угодно, но дружила она только с сестрами (по крайней мере очень старалась сохранять с ними теплыми отношения).
- Можно мы обойдемся без лекции на тему "как ты могла попасться Блэк"? Я ни разу не жалею и ты должен признать, что зрелище утром было незабываемое. - Произносит девушка, удостоверившись, что в кабинете кроме них никого нет, даже профессор удалился. Беллатриса с интересом оглядывает кабинет - сама она тут ни разу не была, хотя, сейчас понимает, что стоило бы. Оставленный бардак свидетельствовал о том, что тут бывает очень весело. Пару раз профессор ЗОТИ предлагал ей присоединиться, отмечая успехи волшебницы по своему предмету, но Белла отказывалась, считая, что искусство магической дуэли ей, в принципе, не нужно. Серьезные заклинания здесь использовать не дают, а практиковаться она может и с такими же заучками как она.
- Значит, в качестве факультатива на последнем курсе ты, кроме всего, выбрал дуэли...зачем? - Она снова окинула кабинет взглядом, ко всему прочему, дожидаясь, пока староста объявит в чем же будет заключаться ее наказание (профессор Слагхорн на тот момент или еще не решил в чем будет состоять наказание или таким образом решил сделать сюрприз, хотя всегда оставался шанс, что Лестрейндж у него на особом счету).

+2

4

Негромко гомонившие, обсуждающие планы на долгожданные каникулы студенты свернули за угол, и в аудитории повисла тишина. Прошло совсем немного времени и в коридоре, сопровождаемый гулким эхом, послышался приближающийся стук каблучков, а в дверном проёме в подрагивающем свете факелов показалась тень пятикурсницы, а после — и она сама. Рудольфус встал, но сказать что-либо вошедшей девушке не успел.
Чистокровных семей так мало в Британии, что все они так или иначе знакомы друг с другом — если не в лицо, так хоть по имени, а многие и вовсе объединены паутиной родственных связей. Так что, хоть и не имея точек соприкосновения с Беллатрисой, кроме одного факультета, заочно со старшей — да и со всеми остальными — дочерью Блэков Рудольфус был знаком.
Скорее всего, аналогичная история была и с Беллатрисой. Интересно, что заставляет её так много на себя брать — то, что она сегодня ночью избежала наказания, она считает себя своей или просто в доме Блэков не считают нужным воспитывать дочерей?
Как бы там ни было, огромное количество правил, ограничений начиная постом старосты, которому стоит быть умнее своих подопечных, и заканчивая статусом наследника рода, которому не к лицу ругаться с представителями других семей, помогли Рудольфусу сохранить невозмутимость и каменное спокойствие. Напоминая себе о поведении, достойном сына Лестрейнджей, слизеринец холодно смотрел на вошедшую девушку.
Чуть другие обстоятельства — и вряд ли бы он так простил попытку закрыть себе рот ещё до того, как Лестрейндж даже подумал что-то сказать. Впрочем, просто прощать он не собирался и так, но был более сдержан, чем мог бы. 
— Здесь иногда учат интересным вещам. Например, мне в твоём возрасте здесь очень хорошо далось заклятие молчания. Спорим, я смогу поймать тебя на полуслове? — ответил Рудольфус, не вкладывая в свои слова ни капли агрессии, но рассчитывая на то, что леди Блэк правильно поймёт его мягкое предложение заткнуться и соблюдать субординацию хотя бы для вида.
Сложно сказать, что вызвало бы большее неодобрение Лестрейнджа-старшего: ссора с Блэками или игнорирование зарывающихся младшекурсниц. На самом деле последнее, что стал бы делать Рудольфус — это растягивать процесс заглаживания своего косяка Беллой. Можно подумать, он в восторге от перспективы нянчиться с Блэк. Это возмутило больше всего: так-то ничего говорить по поводу прокола он ей не собирался. Фраза "Убери здесь и вали" короткая, но абсолютно полно выражает отношение Лестрейнжда к мероприятию.
— Кстати, если вдруг ты переживаешь, что низкие потолки здесь угрожают твоему носу, мы можем пойти по традициям нашего завхоза. Говорят, попавшие к нему на отработку становятся единым целым с тряпкой, а по венам начинает течь чистящее средство. Не знаю, будет ли тебе так же весело отдирать от стенок котлов кишки флоббер-червей, но, возможно, это будет интереснее лекции.
Рудольфус не злился. Только если совсем чуть-чуть, что старался не показывать Беллатрисе. Хотя самолюбие оказалось уязвлено и поставить Блэк на место было необходимо. В действительности, он не собирался нарочно измываться с её наказанием, принуждая к чему-то, что унизило бы её слишком сильно. Но сейчас, как он считал, Беллатриса напросилась на оглашение всех вариантов развития событий для неё сама. Не хватало ещё Лестрейнджам терпеть такое от…да от кого угодно, хоть от самого Мерлина.
Ну и что ты стоишь, словно дементора увидела?
— Аудитория сама себя в порядок не приведёт, — бросил Лестрейндж, — Давай, Блэк, от использования метлы не для полётов ещё никто не умирал.
Интересно, чего она здесь ждала и продолжает ждать? Вокруг были разбросанные по полу подушки, на которых ютились студенты, когда под конец занятия профессор решал устроить "настоящую" дуэль; мелкий мусор на полу — наверняка кто-то снова получил вместо магического щита конфетти, — скромно лежащие пустые обёртки от шоколадных лягушек и ещё каких-то сладостей; получивший шальное заклятие криво висящий пустующий портрет, чей хозяин, возмущенно бурча последние пятнадцать минут в конце концов покинул покосившуюся раму. Что до сих пор в формуле с переменными "отработка" и "бардак в аудитории" не сложилось в голове Беллатрисы?

+2

5

Девушка едва заметно улыбнулась – чуть дрогнули уголки губ, а в глазах заблестел озорной огонек. В голове уже метались мысли как минимум о десятке ответов, которые, безусловно, сам Рудольфус бы не оценил, а попытки повеселиться вызвали бы только раздражение у слизеринца.
О, она бы с большим удовольствием обменялась с Лестрейнджем любезностями, но, рассудив, что со старостой воевать идея, мягко говоря, не хорошая, все-таки взяла себя в руки. Друэлла и так не будет в восторге, когда узнает кто стоит за погромом в гриффиндорской спальне. И, если тут у нее были шансы объяснить матери что к чему, то вот ссору с Лестрейнджами она вряд ли поймет.
Так что Белла быстро напускает на себя безразличный вид и отвечает Рудольфусу тем же холодом, который хорошо слышала в его голосе.
- Извините, староста Лестрейндж. – Без тени усмешки отзывается Блэк и закусывает губу. Ох, как же хотелось ответить чем-нибудь, она даже допустила мысль, что стоило бы картинно поклониться, выхватить палочку и шутливо вызвать старосту на дуэль. Вот только выходку эту сам Рудольфус вряд ли оценит, а причин, кроме очень навязчивого желания доказать свою правоту, и вовсе нет.
Взгляд Беллы задержался на нынешней «звезде» Слизерина. Стоило бы догадаться, что мистер идеал, имея отличные оценки и будучи превосходным игроком в квиддич, к тому же являясь наследником рода Лестрейндж, вряд ли рискнет своей репутацией и доверием декана. А значит, отделаться от уборки парой заклинаний у нее не получится. Кроме того, мистер «палочку можешь не брать Блэк» явно этого не оценит.
Она бы еще с удовольствием ответила, что, судя по внешнему виду носа слизеринца, он то не понаслышке знает о том, как этим самым задевать потолки, но прикусила язык, изучая старосту. «Мистер идеал» прозвище вполне заслуженное, вот только позером он не был, в отличии от Малфоя, который уже в прошлом году, поступив на первый курс, прослыл павлином за любовь к чересчур вычурным и едва ли не кричащим аксессуарам.
Впрочем, Рудольфусу явно нетерпелось заставить волшебницу убраться в кабинете и отправиться по своим делам. Беллатриса едва сдержалась, чтобы не состроить гримасу старосте в ответ. Одна мысль о том, что Друэлла будет ее отчитывать из-за того, что Лестрейндж-старший упрекнул ее в отсутствии воспитания у старшей дочери заставляла ее нервно теребить рукав мантии.
Девушка вздохнула и вытащила из внутреннего кармана мантии палочку. Рама висит достаточно высоко, а лезть с ногами на стол только, чтобы ее поправить, казалось не самой хорошей затеей. Кроме того, покосившуюся раму, принявшую форму неправильного четырехугольника стоило бы привести в должный вид.
Белла взмахнула палочкой, направив ее на пустующую картину и рама снова приобрела идеальный внешний вид.
- Так…чему вас здесь учат? Кроме правил дуэли. – Спрашивает девушка, не глядя на слизеринца. Перспектива уборки в тишине ее не радовала, а Рудольфус вряд ли позволит ей включить стоящий здесь граммофон. Хотя, судя по виду этого агрегата, его не включали с момента приобретения.
Снова взмах палочки и разбросанные по полу конфетти вспыхнули, чтобы в следующее мгновение вовсе исчезнуть. Не будет же она собирать всю эту мелочь руками, особенно учитывая, что староста так настойчиво хочет вернуться в спальню.
После этого, Блэк, прекрасно помня о «палочку можешь не брать», демонстративно кладет волшебную палочку на стол и принимается собирать подушки, отряхивая их от пыли.

+2

6

Вообще-то Рудольфус не был настроен враждебно. Довольно досадно, конечно, всё вышло, но это - точно не повод для него, чтобы злиться, как могло показаться. Но довольно сложно в окружении таких же слизеринцев одновременно источать дружелюбие и не дать кому-то сесть себе на шею как старосте. На факультете, где половине студентов амбиции крайне неохотно давали признать чужой авторитет, приходилось периодически ставить самых ярких представителей золотой молодёжи на место: в конце концов дисциплина была не самой сильной стороной змеиного факультета и без пресловутых замашек вседозволенности, которые тут проскакивали заметно чаще, чем где-либо.
Лестрейндж опасался, что Блэк, которая всё ещё была для него тёмной лошадкой, продолжит настаивать на своей правоте. От представителя этого семейства меньшего ждать не приходилось. Со своей же стороны отступиться он тоже не мог. Но в итоге пришлось приятно удивиться.
Да, вряд ли ему действительно удалось пристыдить Беллатрису. Но, по крайней мере, можно было на этом прекратить отстаивать субординацию. Рудольфус молчал, всё ещё сурово глядя на пятикурсницу, начавшую приводить кабинет в порядок. И даже не сказал ни слова на то, что Блэк всё-таки использовала палочку. В принципе, ему было всё равно, что и зачем она делает - ему нужно было лишь отчитаться Слагхорну, что воспитательная отработка была. Удивительно, что за немалый такой косяк Беллатриса отделалась, можно сказать, лёгким испугом, а декан оставил наказание целиком на совести старосты. Видимо, на руку сыграла репутация: их обоих. Беллатриса, как примерная студентка, не заслуживала серьёзного взыскания, да к тому же была на хорошем счету у Слагхорна, а Рудольфусу, по мнению зельевара, можно было доверить этот вопрос. Хорошо, что Блэк, кажется, солидарна с тем, что им обоим сейчас стоит оправдать его доверие.
Чудо, к слову, что причастность самого Лестрейнджа к погрому осталась секретом. Пожалуй, надо быть осторожнее и не лезть так бездумно в пособничество к тем, кого не знаешь. И надо было отдать должное Блэк: попавшись сама, его она не сдала.
Неожиданно задумавшись об этом, Рудольфус снова посмотрел на слизеринку, и уже намного мягче. Его внимание привлекла палочка Беллатрисы, которую та положила на преподавательский стол, чаще всего вообще не использующийся в этом кабинете. Необычная: таких парень раньше не видел. Вообще, глядя на неё, закономерно возникал вопрос, как ей вообще можно колдовать. Изогнутая, словно коготь какого-то хищного зверя, она мало подходила молодой волшебнице, а как её использовала Беллатриса Рудольфус, погруженный в свои мысли, не обратил внимания.
- А ты их знаешь? - отозвался Лестрейндж, оторвав взгляд от палочки и глядя на то, как её хозяйка раскладывает подушки по местам. Девочек в дуэльном клубе было немного: как правило, они этим либо не интересовались, либо довольно быстро понимали, что лучше бы выбрать более мирные дополнительные занятия. Но раз уж Блэк сама так настойчиво интересуется... Интересно, чистокровные леди не посчитают такое занятие себе не к лицу как переброситься парой заклинаний и заодно показать в деле, как обращаются с такими палочками? Рудольфус достал из внутреннего кармана мантии свою палочку и несколькими взмахами помог Беллатрисе закончить с уборкой, отправив беспорядочно лежащие подушки по своим местам.
Староста вышел в центр кабинета, поднеся палочку к лицу - то, что обычно делают дуэлянты в знак уважения к противнику перед началом.
- Давай, - хитро прищурившись, бросает Лестрейндж, - Не бойся, я обещаю тебе поддаваться...как новичку.
Пойдёт? Не струсит ли? Вообще-то дуэли вне занятий запрещены.
Как и погромы в гриффиндорских спальнях? Паинька-Блэк.
- Я разрешил.

+2

7

Едва только подушки мигом оказались на своих местах (очевидно, при помощи магии, хотя, сама Белла к ней не прибегала, ее палочка лежала на столе), девушка обернулась. Подумать только, Мистер Идеал, хочешь повоевать с девчонкой, которая в дуэлях смыслит чуть меньше, чем ничего? Конечно, правила дуэли ей были известны, в свое время ей попалась книга о дуэлях и была быстро прочтена и заброшена в дальний уголок библиотеки как одна из не самых интересных.
Она переводит взгляд на лицо старосты и усмешка снова едва трогает ее губы. Совсем слегка, почти незаметно, дрогнули уголки губ, а в глазах снова появился озорной огонек. Хотите поиграть, староста Лестрейндж? Что же, это я вам могу обеспечить. Девушка моментально напустила на себя скучающий вид и подошла к столу, взяв свою палочку.
Палочка Беллатрисы, к слову, всегда была ее гордостью: она очень отличалась от большинства палочек и походила на коготь какого-то дикого зверя. Однажды ей даже удалось убедиться в этом: у Блэк с детства была, как по итогу выяснилось, плохая привычка, стоило ей задуматься, как кончик палочки моментально касался скулы. Однажды такая задумчивость едва не закончилась проткнутой щекой.
Такая палочка требовала к себе индивидуального подхода. Держать ее двумя или тремя пальцами, как это делают большинство волшебников с тонкими и легкими палочками неудобно. Ее волшебная палочка имеет удобную рукоятку, которая хорошо ложится в руку, а направляет заклинание она преимущественно указательным пальцем. Таким образом палочка фактически является продолжением ее пальца, ее когтем. Она тот самый хищный зверь и магию использует зачастую такую же: речь идет не о бытовых заклятиях. Нет, но вот профессор Флитвик последнее время замечает необычный стиль Блэк.
Интересно, Рудольфус отметил для себя что-нибудь, глядя на ее палочку?
- Где-то я слышала о правилах дуэли. – Скучающе фыркает Белла. Начинать с поклона. Она, как это положено по правилам, отвешивает старосте поклон, не забывая, впрочем, бросить на противника хитрый взгляд.
О, это сулит большими неприятностями, если их заметят. Дуэли вне занятий клуба запрещены – об этом знали все, даже те, кто в не записывался в дуэльный клуб. Кроме того, вряд ли им удастся объяснить, что они решили просто попрактиковаться. Профессор Слагхорн не поверит в две случайности за один день и вряд ли закроет глаза на второе нарушение правил. Но именно это почему-то забавляло и сулило большим весельем.
Кроме того, обзавестись связями еще в школе лишним не будет, о чем неустанно твердит матушка. Лестрейнджи – один из наиболее древних родов и такие связи уж точно лишними не будут. Плюс, Белла обожала загадки и, как бы ей не хотелось в этом признаться, староста факультета сейчас казался ей еще одной загадкой, а пытливый ум волшебницы требовал разгадки и ей безумно хотелось заглянуть за его маску. И, раз уж он слегка приподнял свою маску, почему бы не ответить тем же?
Блэк ехидно усмехается, позволяя себе, наконец, избавиться от притворства.
- Ох, я вся дрожу от страха. – Смеется девушка, поднимая палочку на манер шпаги. Напасть? Ну конечно напасть, он ведь этого и ждет. Беллатриса хитро прищуривается и из палочки вырывает сноп ярко-красных искр, целясь в лицо. Ослепить, чтобы в следующее мгновение запустить заклинание щекотки. О, посмотрим как вы запоете под щекоткой, Мистер Идеал.

+2

8

А тихая паинька и отличница Блэк оказалась не такой уж и паинькой.
Сейчас - отчасти, к тому, что Рудольфусу было любопытно посмотреть на это странное сочетание "хищной" палочки с тихушницей-пятикурсницей - старосте было интересно, как далеко сможет зайти девушка. Хотя, такой открытый вызов, какой сейчас бросил он, вряд ли проигнорирует хоть кто-то из гордых представителей таких семей. Но всё же была какая-то грань, где здравомыслие начнёт перевешивать задетые амбиции. Должна была быть.
Конечно, она пошла. И что-то подсказывало Лестрейнджу, что дело тут было вовсе не в очевидных вещах.
Не в том, что Блэк была из рода тех, кто не может позволить себе проиграть, позволить кому-то быть и, уж тем более, безосновательно (читать: всегда) считать себя выше них.
Не в том, что носила нашивку факультета самых гордых и амбициозных ребят, для которых повально школьные правила - не больше чем глупая условность для идиотов с другими цветами на мантии.
И, глядя на хитрый огонёк в глазах теперь уже противницы, Рудольфус бы рискнул предположить, что даже не в представившейся возможности легально зарядить чем-нибудь малоприятным в старосту и иметь в своём послужном списке какой-нибудь Летучемышиный сглаз, о котором до выпуска можно травить байки.
Нет-нет. Дело было только в том, что Беллатрисе Блэк, несмотря на её скучающий вид, за которым любой слизеринец научен ловко прятать весь спектр эмоций, чувствовала азарт от того, что происходит.
Рудольфус сделал взмах палочкой, отведя её в сторону, после чего с серьёзным видом отвесил ответный поклон пятикурснице. Он не планировал устраивать полноценную дуэль, но любопытство подстёгивало узнать, что из себя на самом деле представляют леди из чистокровных семей со всеми вытекающими из этого понятия. Развернувшись, Лестрейндж сделал необходимое количество шагов от противницы и снова повернулся к ней лицом, вставая в боевую стойку.
Что это? Неужто нерешительность? Рудольфус стоял, не шелохнувшись и показывая, что нападать первым он не будет. Блэк младше его на два года, и, переводя это время на стандартные знания пяти- и семикурсника, это было пропастью.
А ещё, помимо всего прочего, всё это затеяно Лестрейндж очень, очень не хотел отвечать на её вопрос. Врать и говорить о том, что в дуэльном клубе учат чему-то действительно полезному - обманывать самого себя в первую очередь. Рудольфус, уже знающий, что ждёт его в ближайшем уже будущем, знал: единственное, что он может подчерпнуть из этих дуэлей полезного - это реакция и чувство противника. Иной практической пользы от этого занятия просто нет: любую дуэль вне контроля преподавателя и без строгого набора разрешённых типов заклинаний, можно закончить даже не дав ей толком начаться. Есть масса способов победить и без дурацких перебрасываний экспеллиармусами, будто цель обоих дуэлянтов - не максимальная эффективность, а демонстрирование личного запаса условно-атакующих и защитных чар без претензий на реальный поединок.
Но разве стоит посвящать чужого человека в то, что Рудольфус готовит себя здесь к тому, чтобы за пределами школы быть в состоянии противопоставить что-то, имеющее больше проку, чем отбрасывание на пару метров, и не поймать что-то серьёзнее Ступерфая. Этого было мало, но это было лучшее, чем ничего, и всё, что ему сейчас доступно.
Беллатриса взмахнула палочкой, и Рудольфус успел заметить летящий в него сноп ярко-красных искр. Почти на автомате он ответил тем же - чтобы, столкнувшись на половине пути, оба заклятия ушли в никуда.
А вот, занятый первым выпадом Блэк, ответить на второе движение палочки он уже не успел. Будучи обороняющейся стороной, он мог только отвечать на то, что навязывала противница, а инициатор всяко имеет преимущество во времени.
В общем, к тому моменту, как занятый искрами Лестрейндж знал, что в него летит, оно в него уже летело. И, будь это реальное занятие, его действием стал бы щит и попытки забрать атакующую роль. Но, решив не атаковать, Лестрейндж не видел смысла ставить блок: его недолго превратить вообще в его единственное заклинание в этой дуэли. Разоружение же Рудольфус вообще считал крайне не спортивным, хотя именно оно больше всего поощрялось профессором. Именно по принципу "Лучшая драка - та, которой не было".
Нет, решено было переигрывать.
Честно говоря, Лестрейндж жутко боялся щекотки. Это было неприятно. Вдвойне - потому что очень сложно справиться с желанием засмеяться в голос, опустив палочку и отдав победу в дуэли пятикурснице всухую. Чувствуя, как напрягаются мышцы во всем теле в ответ на щекотку, парень закусил губу, шумно выдохнув.
Дуэль, несмотря на мерзкое действие прилетевшего заклинания, проиграна не была. Главное - он знал, как работает то, что пустила в него Беллатриса. Заклятие непостоянно и держится до тех пор, пока на него направлен кончик этой странной палочки в руках Беллатрисы.
Хотя и нужно было действовать быстро. Пока он ещё может отдать команду собственной палочке.
- Avis, - бросил он, борясь с ощущениями изо всех сил, и несколько серых птиц размером с обыкновенную ворону стремительно полетели в сторону противницы, хлопая крыльями, начав мельтешить возле неё и пытаясь ухватить когтистыми лапами за одежду.
И на этом остановился в ожидании следующего выпада.

+2

9

Конечно, в арсенале пятикурсницы не могло быть никаких заклинаний, опасных для жизни или здоровья окружающих, хотя, юная Блэк умудрилась стащить из домашней библиотеки книжку с проклятиями...
Нет, вредить Рудольфуса она не хотела. Иначе подходило бы и заклинание, после которого все тело покрывалось фурункулами. Это даже не была темная магия, всего лишь хулиганство. Даже в больничном крыле им бы не задавали вопросов - мало ли как могут веселиться студенты Слизерина.
Белла сощурилась, внимательно следя за реакцией оппонента. Она видела, что заклинание действует, хотя парень уж очень хорошо себя контролировал. Видела, как он напрягся, как лицо перекосила гримаса сдерживаемого смеха а губы сжались в тонкую полоску. Теперь самое важное было не прерывать контакт и дождаться, когда терпеть Рудольфусу будет невмоготу. Вот только вместо того, чтобы опустить палочку он ей ответил, натравив несколько птиц. Отогнать их одной левой рукой не удалось, посему она отступила на пару шагов, отмахиваясь от назойливых существ. Вот только кроме этих самых птиц больше ничего не последовало.
Неужели даже на седьмом курсе ничего особо интересного не изучают? Или слизеринец просто не захотел ничего серьезнее демонстрировать? Это даже скучно. Интерес Блэк к дуэли затухал так же быстро, как и возник. А вот Лестрейнджа хотелось проверить. А еще очень хотелось вынудить семикурсника похвастаться какими-нибудь особыми заклятиями. Блэк, конечно, могла бы и воспользоваться парой безобидных, на первый взгляд, проклятий. Вроде позеленения волос - но даже это казалось ужасно скучным.
- Так значит, нападать ты не собираешься? – Фыркает Блэк разворачиваясь на каблуках, взгляд падает на сложенные подушки. Вполне подойдёт. Взмах, заклинание – почти шепотом, вспышка и одна из подушек превращается в маленького дракончика и тот устремляется на надоедливых птах, кои успели немного взлохматить причёску девушки. Это нравилось ей меньше всего - она не любила выглядеть неопрятно, а выбившиеся из косы пряди отнюдь не соответствовали идеальному внешнему виду. Девушка недовольно фыркает, развязывая и вытягивая из волос ленту. Маленький темно-коричневый дракончик шипя вгрызается в одну из призванных птиц и те пища разлетаются в разные стороны, а от жертвы бывшей подушки в разные стороны разлетаются только перья.
Чем бы тебе ответить, Лестрейндж? Все кажется настолько детской шалостью, что и вовсе не заслуживает внимания. Хотя ничем серьезным она ни себя ни Лестрейнджа порадовать не могла. А потому...едва дракончик разобрался с птицами - подушка плюхается на пол, а из палочки вырывается мощная струя воды. Окатив старосту водой с ног до головы она ехидно усмехается - на этот раз по-настоящему. Идея пришла сама. Он, скорее всего, не обрадуется и, если манёвр удастся - Рудольфус будет очень даже недоволен, но...нет, она не может устоять перед искушением покрасоваться. В конце концов, это может быть весело. Если, конечно, Лестрейндж оценит шутку. Движение волшебной палочки и вода превращается в вино. Делать все приходилось быстро. Лестрейндж может резко передумать и пойти в атаку.
- А магию посерьезней вы тут практикуете? - Усмехается волшебница и направляет палочку под ноги старосты. Еще одно заклинание и из палочки вырывается желтая молния. Заряд небольшой, ничего серьезного с ним не случится, но ощущение, когда через всю твою промокшую одежду проходит небольшой разряд должно быть очень неприятным.
Все же, дуэль сейчас казалась уж очень скучной, особенно, учитывая, что практиковать здесь ничего серьезнее щекотки не получится. Разве что разоружение. Белла склоняет голову на бок. - Закончим?

+1

10

Рудольфус с удовлетворением смотрел, как его противница пытается отогнать назойливых птиц, чья единственная цель - доставить ей неудобства. В отличие от аналогичного атакующего заклятия, посылающего агрессивных птиц, которые вполне могут нанести и травмы, эти пернатые используются скорее для дезориентации - максимум попортят аккуратность внешнего вида и оставят пару царапин, неосторожно хватая лапами за рукава мантии поднятых рук. То, что старосте и было нужно, чтобы получить вновь возможность дышать. Лестнейнджу было интересно, что покажет ему пятикурсница и боялся, что ей придёт в голову банальное разоружение, которым она всё и закончит. Но либо эти чары не привязаны на рефлекс в ответ на любое движение палочкой в её сторону, как у многих дуэлянтов, либо ей хотелось показать что-то интереснее Экспеллиармуса. Учитывая слизеринское честолюбие, Рудо ставил бы на второй вариант.
Он пожимает плечами. Дуэль не была серьёзной, и Лестрейндж отлично понимал: если он возьмётся всерьёз перекидываться заклятиями с девочкой, на два года младше него, всё вряд ли закончится в стенах этого кабинета и не выползет на обсуждение с деканом, например. С другой стороны ему бы это было не интересно. Есть смысл сражаться в полную силу только с тем, кто сильнее. Ну и, наконец, Рудо хотел, чтобы проявила себя, а не самоутверждаться за счёт неё на избиении младенцев. Поэтому староста с интересом наблюдает, как одна из пузатых подушек становится маленьким живым серо-зелёным дракончиком. Лестрейндж поднимает палочку, готовясь произнести заклятие исчезновения, опасаясь, по что аналогии с птицами целью дракончика станет он. Но Блэк направляет трансфигурированную тварь на уже лениво летающих возле неё птиц. Раздаётся крик, неприятный хруст перьев и костей, когда дракончик нагоняет одну из птах.
Какая жестокость. Он бы просто развоплотил птиц. Но печалиться из-за призванных птиц, чей срок жизни не так долог и ограничивается выполнением задачи, для которой они были созданы, Лестрейндж не будет. Тем более, что в следующую секунду его с ног до головы окатывает холодной водой.
Вода везде. Стекает по лицу, заставляя мокрые волосы прилипнуть ко лбу. Капает с рукавов мантии. Хлюпает в ботинках. Беллатриса не устояла перед детской шалостью или это ещё не всё..?
Жёлтый луч устремляется к ногам Рудольфуса. Староста не успевает понять, что пытается провернуть Блэк - уж больно странное направление у чар, а подставлять себя под непонятные действия младшекурсниц, которые, и не факт ещё, что совладают со своей магией, было как-то боязно. Но попытка избежать летящего луча шагом назад не спасает - тело пронизывает короткий, несильный, но заставивший содрогнуться все мышцы разряд.
Рудо хмурится, оценивающе глядя на соперницу. Облизывает губы, чувствуя терпкий, с кислинкой вкус. Подносит рукав мантии к носу, вдыхает и фыркает, пытаясь сдержать смех.
- Ты... Ты что... Это, что, вино? - посмеиваясь спрашивает слизеринец.
Сложно представить, на кого он сейчас похож, насквозь в вине. Рудольфус поднимает палочку, не отвечая на предложение завершить дуэль.
Чему-то посерьёзнее здесь, конечно, не учат, но если ты так просишь...
- Fundo Farrago, - отрывисто произносит Рудо, направляя конец палочки в сторону Беллатрисы.
Это было как раз одно из тех заклятий, которым не учат школьников. Лестрейндж нашёл его в одной из книг в домашней библиотеке и, благодаря паре интересных свойств посчитал, что оно стоит потраченного на отработку времени. Долго, очень долго Лестрейндж его осваивал и момент, когда, наконец многострадальный бокал лопнул под воздействием магического пресса. Прелесть его была в том, что отразить его можно лишь ответным заклинанием, либо контрчарами - оно не являлось привычным "лучом", отбиваемым любыми защитными чарами, изучаемыми с первого курса. И второе: оно набирало силу постепенно, а его потенциал ограничен только умением волшебника.
Рудольфусу не хватало - пока - мастерства для того, чтобы использовать его как полноценное боевое заклинание, и навредить Белллатрисе он не боялся. А вот помешать двигаться, ощущая, как понемногу растёт давление невидимой силы - на это он был уже способен.
Но даже несмотря на посредственное им владение Рудо считал, что этим заклятием просто непозволительно не покрасоваться перед девочкой - которая, к тому же, открыто попросила о чём-нибудь посерьёзнее. А там уж не обязательно пояснять, что это Рудольфус не предельно аккуратен, а просто сейчас его порог - сковать движение и дыхание.
Взмахом палочки Лестрейндж прерывает действие пресса и отправляет в сторону Блэк обычную подножку.
- Нет, ничему серьёзному здесь не учат, - сказал Рудольфус, подавая руку, чтобы помочь встать, - Но...лично я считаю, что тут можно научиться базовым немагическим навыкам, а уж чем ты будешь драться - зависит только от твоих знаний и воображения, - Лестрейндж усмехается, вытирая ладонью лицо от потёков вина, - Идея - блеск, - сухо хвалит он, не рассыпаясь на комплименты, - Подумай о том, чтобы как-нибудь заглянуть сюда. Девчонок здесь немного, но ты впишешься...Блэк.
Несколько секунд Рудольфус молчит, задумчиво глядя на пятикурсницу с мыслями о том, что, наверное сказал слишком много на вопрос о дуэльном клубе. Но потом неожиданно меняет тему.
- И...да, с башней Гриффиндора вышло неплохо. Спасибо, что не сдала, Беллатриса.

+1

11

Зрелище определенно стоило того: староста Лестрейндж, облитый красным вином. Она даже не сдержалась, тихо захихикав. Отчасти именно поэтому не заметила, как все ее тело внезапно сковало до такой степени, что даже вдох сделать не получалось - грудную клетку словно что-то стянуло. Наверное, именно такое ощущение появляется на большой глубине. Пожалуй, продлись это состояние чуть дольше - она бы непременно испугалась. Нет, конечно, в то, что Лестрейндж попытается причинить ей вред верилось с трудом, но они всего лишь школьники. Что если он просто не рассчитает силу?
Вот только испугаться она не успела. В следующее мгновение Белла уже растянулась на полу и действие заклинание тут же рассеялось. Интересное заклятие, надо будет почитать о нем. Главное не забыть заклинание. Или, может быть, попросить Рудольфуса помочь? "Фундо Фараго"? Нет, она такого точно не припомнит. Но, быть может, в домашней библиотеке найдется что-нибудь об этом. Можно, конечно, попробовать расспросить учителя защиты от темных искусств или профессовра Флитвика, но что-то подсказывало, что они такой жажды знаний от пятикурсницы не оценят.
Вместо, наверное, вполне обоснованной злости - да как он посмел повалить ее на пол, девушка зашлась хохотом. Во-первых, слизеринец выглядел очень забавно, весь в красных разводах. Во-вторых, это, наверное, защитная реакция организма: во время падения каменный пол не пощадил ее затылок, но боли она почти не чувствовала. В-третьих, кто бы мог подумать, наш мистер идеал и староста не такой уж и зануда, каким показался в самом начале.
Воспользовавшись протянутой рукой и, наконец, поднявшись с пола, Блэк отряхнула мантию и, едва подняв на Лестрейнджа взгляд, едва сдержалась от нового приступа смеха.
- Спасибо. - Она усмехается. Проверим насколько ты готов приоткрыть маску. Беллатриса едва касается скулы Рудольфуса, пальцем собирая каплю вина и, облизнув палец, недовольно морщится. - Надеялась, что вино получится слаще.
Она окинула взглядом кабинет: вот теперь здесь точно нужна уборка, иначе проблем не миновать. Профессор Слагхорн вряд ли будет рад увидеть кабинет в таком состоянии. Блэк щурится, всматриваясь в глаза Рудольфуса. Да нет, не будет же он возмущаться, что на сей раз уборка проведена с помощью волшебной палочки? Не ползнать же ей с половой тряпкой по кабинету.
- С чего бы мне упоминать тебя в моей маленькой шалости? "Профессов Слагхорн, это все староста Лестрейндж, это была его идея!" -  Смеясь, она отправляет подушку, бывшую недавно маленьким дракончиком, обратно, а затем избавляется от остатков вина на полу. - Попалась я, с чего бы мне тащить за собой кого-то еще? Тем более учитывая, что этот кто-то на хорошем счету у нашего декана? Меня не до такой степени пугают школьные наказания.
Взгляд снова возвращается к Лестрейнджу. В таком виде ему нельзя идти по школе, если даже Блэк едва сдерживает смех - гриффиндорцы и вовсе помрут от хохота.
- Нет, ни один слизеринец не позволит нашему старосте показаться кому-то в таком виде. - Смеясь произносит волшебница и направляет палочку на Рудольфуса. - Превратить тебя в учебник трансфигурации, чтобы я отнесла тебя в нашу гостиную?
Снова тихий смешок, но она просто превращает вино обратно в воду и высушивает одежду. Так, хотя бы, не останется красных разводов от вина.
Блэк же достает из кармана мантии ленту для волос и принемается заплетать непослушные волосы в аккуратную косу. Что, в общем-то, не так уж легко, учитывая, что волосы у Блэк крайне непослушные и почти все врмея топорщатся в разные стороны.

0


Вы здесь » Marauders: Point of Living » Флешбеки » Merry Christmas


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC